solusrex

Про Гаваи я написал во всех подробностях, а вот до моей недавней... какой недавней! уже 4 месяца прошло! ... давней поездке в заснеженную Россию я как почти и не написал. Почти, потому что были сводки с фронта: первая, вторая и третья. Как раз в день моего возвращения через Москву случился большой транспортный трындец в Домодедово и Шереметьево, но я каким-то чудом прошел через все это без потерь.
Пришла пора пересказать приключение потомкам подробнее, показав произошедшее пострашнее, поместив побольше ... а, ладно, сдался... фотографий в текст. К сожалению, фотографии не особо красивые, все-таки зима, да и времени у меня особо не было.
Покатался я по очень хитрому маршруту. Ванкувер-Сиэттл-Амстердам-Петербург-Москва-Казань-Москва-Амстердам-Сиэттл-Ванкувер. Air Alaska, Delta, KLM, Аэрофлот и Татарские Авиалинии. Моё счастье, что из Москвы летел KLM, иначе сидеть бы мне в Москве в Новый год...

В Амстердаме у меня было часа четыре между рейсами, и я подошел к скучающим пограничникам. Далеко ли тут до Амстердама, спрашиваю. "А это смотря как добираться", говорит один из них, "если пешком, то несколько часов, если на велосипеде, то... ". "На поезде", прервал я дотошного пограничника, "давайте сразу считать, что я поеду на поезде". Оказалось минут 15-20 и я решил не сидеть в скучном аэропорту, а съездить в город. На самом деле я уже бывал в Амстердаме лет 10 назад, жил в маленькой гостинице около королевского дворца и мне захотелось посмотреть на нее опять, а заодно перекусить где-нибудь сыром с чаем. При этом лил дождь как из ведра и было вобщем-то очень неуютно.
По Амстердаму я ходил в намокающем пуховике под дождем, а Питер встретил меня 20-ти градусным морозцем и красиво украшенным Невским. Это, кстати, не вечер, а утро, часов 6 или 7. Не спалось, налетела грусть, ну что ж, пойду пройдусь.

Народ брел на работу, а я брел без определенной цели по улице Гороховой. Ох, сколько было хожено-перехожено тут когда-то...

Зима в этом году выдалась под стать лету - экстремальная. Сперва я ускорял шаг под знаменитыми "сосулями" Матвиенко, потом попривык и уже не обращал на них внимания.

Садовая.

Дойдя до дома Распутина на Гороховой 64, я повернул назад и вышел на Исаакиевскую площадь

Там же я снял шарик клубничного мороженного, который показывал раньше

Закончив с этим занятием, я побрел по Большой Морской, она же улица Герцена. Когда она была Большой Морской, на ней в особняке розового камня жил писатель В.В. Набоков. Помню как мы с приятелем пытались пробиться внутрь, чтобы походить по коридорам дома любимого писателя (реплика из зала: так вот откуда твой ник? Ага, именно оттуда!), а там в то время была редакция какой-то газеты и сидел хмурый вахтер. Но мы все равно туда прорвались, назвавшись внештатными корреспондентами.

А в другое время, когда улица называлась улицей Герцена, тут почти что жил я, ибо тут размещалась моя альма матер.

Между тем светало. Или нет, стоп. Это подсветка дома такая.

Снега, конечно, было много и его толком не успевали убирать. Я дошел до улицы Декабристов, и там в каком-то кафе позавтракал вкусными пирогами с луком-яйцом и выпил горячего чаю. Я уже и забыл, что такие пироги бывают, буду требовать от супруги теперь, пусть напечет. Закусив, вышел на канал Грибоедова и пошел вдоль него к Садовой площади. Этой дорогой я ходил тысячи раз и меня захватили ностальгические воспоминания.

Удивительно, но народ спокойно ходил под многометровыми сосульками. И хоть один бы был одет в строительную каску!

В Питер, конечно, лучше приезжать летом. Зимой тут или снег с дождем, или как-нибудь еще, но тоже не очень

Вид на Собор Воскресения Христова с Казанского моста. На этом мосту мы впервые встретились с моей будущей женой.

В этот раз меня почему-то потянуло по литературному Петербургу. Никогда я не бывал с здании на набережной Мойки 12, а сейчас вот почему-то очень захотелось побывать в доме-квартире Пушкина, где он прожил последние два месяца своей жизни и где умер. Вот она, все эти окна на первом этаже - его квартира. Особенное впечатление производит кабинет и кушетка с пятном крови.

В японское посольство снег завезли.

В засаде

Дом Достоевского. От квартиры Пушкина отличается во всем: и в расположении, и количеством комнат и планировкой, но, главное, настроением. Самый поразительный артефакт это коробочка от табака, на которой написано детской рукой "сегодня умер папа"

Аэропорт Пулково. Здесь я не был тысячу пятьсот лет. До рейса оставалось время и я покушал очень вкусный тыквенный суп с лососем в итальянском ресторане. Одно напрягало: в ресторанах курят. Отвык уже от запаха табака.

За кадром каким-то образом осталось многое: встречи с друзьями, родственниками - все, что удалось впихнуть в три дня моего короткого визита.
В Казани я провел много больше времени, дней десять. Об этом буду рассказывать во второй части.